+375 29 699-47-38
+375 29 319-05-26


Контакт с последним русским царем Николаем II - 61



Эксперименты 26 сентября 2018 г.

Контакт с последним русским царем Николаем II

Мы продолжаем серию спиритических сеансов. Заранее вопросов не готовим, Интернет не изучам - просто идем через Высшее Я в энергоинформационное поле и берем информацию, которую готова дать вторая сторона.  Сегодня мы говорим с Николаем II. Ниже приведена краткая запись разговора.

https://www.youtube.com/watch?v=8dmFPKi4NNA

Вдох-выдох, идем в себя, к Высшему Я, чувствуем каждую клеточку тела. В тот момент, когда ты сможешь общаться со своим Высшим Я дай мне знать.

— Готова.

— Попроси свое Высшее Я пригласить на общение Николая II, последнего русского царя. Видишь его?

— Да.

— Опиши, почувствуй, какой он.

— Такой, очень держит себя в руках, такая выученная привычка держать чувства под контролем, такое.... Как в панцире. Прям, как выученное с детства, очень сдержанно, все внутри, и это к нему приросло. Со всеми, кто ему не знаком, он такой.

— Он готов общаться?

— Да.

— Спроси у него, правда ли их всех расстреляли? Возможно, кто-то остался жив или расстреляли не их. Например, была ли среди них княжна Анастасия?

— Я вижу, остальные как будто в живых остались, а он отдельно. Он остался живой? Да, он продолжил жить тоже.

— А кого расстреляли? Чьи останки идентифицировали?

— Это чьи то так, ничего там не идентифицировано. То есть, это не к нему относится. Странное такое чувство про него. Он сам не хочет рассказывать. Сам молчит, как партизан. Почему не хочет? Боится. Надо его убедить, как-то, что не надо бояться.

Прошло время, все прошло. Он, типа, как и умер, и жить остался, в какой-то клинической смерти. То есть, они подумали, что он умер. Те, кто его застрелил, а потом как-то спасли это тело, какие-то доброжелательно настроенные к нему, и он очнулся. И остался жив.

— Он в физическом мире остался жив или канонизирован и остался жив в памяти?

— Нет, в физическом. Но очень изменился после этого. По характеру. Остался собой, помнил кто он и что, явно, что то там увидел, переживание посмертное, его впечатлило. Я вижу он отдельно от семьи своей. Сразу отдельно, а потом они вместе живут или нет? Он с ними и не с ними одновременно.

— Что это значит?

— Боится рассказывать. Прямо клещами вытягиваешь. В общем, наверное, кажется, что жив, но с ними не проживал. Встречи короткие, редкие. Он просто знал, что они живы, а они, что он жив и вот и все. Он как-то при монастыре живет отшельнической жизнью. Церковное что-то от него веет. Похоже, примерно, как.. Может, он не монахом стал, но как-то стал связанным с церковной темой, и как-то они ему помогали выжить, как-то поддерживали его деньгами и продуктами. Жил, вроде, в миру, чем-то таким занимался, какая-то лавка церковная, был тоже такой период, не все время. Какие-то такие делал дела, чтобы помочь церкви, а они его поддерживали, с семьей он редко общался. Они знали и боялись вместе жить.

Они как-то расселились. Рассредоточились. Дочки и жена хорошо жили, и очень рассредоточенно. Они постарались отделиться, в сознательном возрасте. Вместе не тусовались, чтоб никто не догадался. Боялись за свою жизнь, чтобы совместным внешним видом никто не узнал царскую семью. По отдельности можно представиться кем угодно. Княжна там какая-нибудь. Вот такая жизнь у них, не подарок. А он вообще круто старался, не вращался в высоком обществе. Дочки вращались. А он нет. Чтоб даже на глаза не попадаться тем, кто может догадаться, что он благородного происхождения. Потому ему и интересно было только с церковными товарищами. Они образованные.

— А кого расстреляли?

— Как бы в комнате, нет, не в подземелье, не бункере, там интерьер и комната. Они все там сидят и боятся, заходят люди, как-то этих не увели, в него выстрелили, они все видели. И ушли. Те, кто стреляли, ушли.

— А что с детьми было?

— Они все остались. Сейчас. Они видят, что он не дышит , подумали, что он умер, положили его на кровать, пришел кто-то через несколько часов, стали типа лечить. Соображающий человек в медицине пришел. Достали пулю, они все не верят, думают, что умер, а этот уверен, что шанс есть. Он даже не то что уверен, просто использовал любую возможность. Надо ждать, нельзя сразу хоронить. Ну, и полежал он так, потом куда-то везли, с семьей, чтоб вопросов не создавала эта ситуация, почему его не хоронят. Особо им не интересовались, этих запугали и на этом вопрос с ними закрыт, что они не будут больше претендовать на что-то. Так, халатно отнеслись. Проследить за ними дальше не захотели.

Увезли они его с этим телом, очнулся он в какой-то избушке, домик, стены обычные, скромный. Вот в этой скромной обстановке стал приходить в себя, лечили там его, и потом они поняли, что им нельзя никому говорить, что он остался жив. И что этим дочкам нельзя подавать вид, что они знают, что он жив. Им надо вести себя, уезжать с видом, что похоронили. Не подавать виду, что он жив.

Он как-то уехал, куда ж он уехал-то... Тоже, как за границей, но не там, где они. В каких-то странах территориально ближе к России. Какая Болгария или Румыния, Словакия, славянская. Он в этом месте осел, тут жил. А эти уехали в Западную Европу, и он здесь где-то с православной церковью отношения поддерживал. Его церковники поддерживали, ну а он, соответственно, околоцерковную работу делал. В лавке церковной, что-то такое, был такой период. Потом испугались, что его узнают, кто-то что-то начал говорить, его быстро убрали, чтоб сильно не светился перед народом. Чтоб его никто не мог увидеть, кто теоретически может узнать его.

— Вернемся в 90-е, когда поднимали и привозили из Екатеринбурга мощи.

— Это не их.

— А чьи? И откуда они взялись и зачем?

— Это какой-то политический проект нашего времени. Они решили, что полезно им для своего авторитета сделать вот такой проект. Якобы эти мощи найти, эту канонизацию. Очень они украсят себя в глазах народа своим полезным делом. На самом деле вообще все экспертизы не правильные, просто склеено на соплях, нечему взяться. Никакой правды там вообще нету. Своих людей насобирали, чтоб молчали. Документы, и все якобы результаты — пустота. Ничего нет.

— Есть ли родственники Николая II сейчас у власти, потомки?

— Как потомки. Древо генеалогическое очень переплетено с фамилиями европейскими.

— У руля в России? Может, внук или правнук?

— Не вижу никого в России из них. Чтоб реальную власть кто-то из них имел, чтоб что-то решал — то нет. Штиль, такое чувство, как будто тут все забетонировано для них. Вообще, ничего не проскочит в России, что к нему имеет отношение. Туманом все застелено. Его там нет вообще, его потомков, его генов.

— Как он допустил революцию? Он чувствовал ответственность за это?

— Очень они были по этой части экзальтированные. Далеко от народа и не понимали реального положения вещей. Во-первых, супер благородное воспитание, такие качества характера у них, которые не давали им смотреть и видеть реальную картину. Вот, что на самом деле происходит. Уже такое супер благородство по отношению друг другу и к себе, что заигрались. Революция, они очень честную игру вели, а с ними играли без правил. И все, они пали жертвой своего внутреннего благородства, их действия были предсказуемыми. Вот они считали, что мы будем вести себя, как совесть диктует, то там будь что будет. Если высшим силам надо удержать нас у власти... А мы сами должны достойно держаться за благородство. Ну и все похерили из-за этого. Было бы больше коварства и жажды власти, то у них было бы больше шансов. Было бы больше подготовлено противостояние с подонками, которые использовали любые способы. А здесь были чистоплюи.

— Задай вопрос про кровавое воскресение. Что он думает о нем? Это он пролил столько крови?

— Он.

— И зачем?

— Он считает, что он прав. Что он защищал то, что он должен был защищать. То есть он, как человек, и не в восторге от таких мер, но тут он считает, что тут так надо было. Губы поджались, надо было, мол, так.

— Чтобы он хотел передать русскому народу сегодня?

— Типа, просыпайтесь, он в разочаровании от того, что сейчас он видит.

— Где его настоящая могила?

— При каком-то храме, монастыре. Причем, и подписана, как положено. Она такая очень спрятанная, но подписана по-настоящему. Может, без титула, но то, что все его имена и правильная дата — это все есть. Дату не вижу, но там полное имя написано.

— Внешне как выглядит памятник?

— Как плита на земле, ничего не стоит сверху. Типа подворье монастыря.

— Название монастыря?

— Е... Звучит похоже на наш Елисаветинский, но не он, просто с Е и подобное звучание. Имя церковное и от него. Вот эти что я сказала нет, но оно как-то звучит похоже на эти. В Европе. Серафим идет, или в честь святого.

Где он может быть написан? Сейчас я слышала, общий такой тон. Сейчас попробую...

Благодари, посылай любовь, можем ли мы обращаться к нему еще?

Да

......