Юрий Дружбинский: откровенные ответы на непричесанные вопросы Центр Человека / Главная / Психология / Реальный английский — Юрий Дружбинский /

Юрий Дружбинский: откровенные ответы на непричесанные вопросы

Юрий, сегодня хочу адресовать непосредственно Вам те вопросы, которые получаю от потенциальных участников Вашего семинара:

— Чем отличается то, что дает на своих семинарах Юрий Дружбинский за пять дней от всего того, что дают в школе годами?

Если мой курс отличается от школьного только экономией времени (а он действительно за пять дней делает работу десяти лет), то и это само по себе очень даже неплохо, не так ли? И все же, друзья мои, разница количественная — это еще не все. Помните, как героиня Фаины Раневской спрашивала: «Девочка, что ты хочешь: поехать на дачу, или чтобы тебе оторвали голову?» Вот вам пример разницы качественной!

Школьная программа английского осталась с нами отнюдь не в виде навыка свободной речи, как это происходит у любого нормального европейца. У большинства из нас от сотен часов, потраченных на школьный «английский», остался лишь осадок в виде мучительного чувства бессилия и давящей мертвенной скуки. Мои же пять встреч оставляют у людей ощущение полной ясности, выстроенной в голове системы и мотивации к дальнейшим шагам и свершениям.

Один из сотен похожих отзывов, оставленных участницей прошлого курса (кстати, по профессии преподавательницей английского): «Было неповторимое ощущение узнавания, попадания в десятку, когда думаешь — да, это правильно, это здорово, я сама так думала, но не могла сформулировать, именно так и надо учиться!»

— Что я получу от курса (речь идет о цикле из 3-х семинаров «Realьный English в современных АЛГОритмах»)? Разве можно научиться английскому языку за пять дней?

Я вам даже более того скажу: не то что все пять, а уже первый семинар вызовет в вашем английском необратимые изменения к лучшему. Многие спрашивают, почему первая встреча называется «Грамматика за раз и навсегда», да как так можно, не лучше ли за десять или за сто раз. Скажите, а что в принципе правильнее — перепрыгивать пропасть за один прыжок или за сто?

Вообразите себе марсианина, который прилетел к нам изучать, к примеру, нашу фауну. А мы изготовили миллионы макрофотографий отдельных клеток слона и показываем ему по одной такой фотографии аккуратненько дважды в неделю, и так двадцать лет...

Да что за бред, скажете вы! Никому не под силу составить в уме из разрозненных частей полную картину! Ни одно живое существо не может обладать такими аналитическими способностями, чтобы из разрозненных осколков, демонстрируемых ему в год по чайной ложке, составить хоть мало-мальски адекватное представление о целом... Единственный способ объяснить — это показать ему целого слона, сегодня, сейчас, именно целого, а не клетками! И это не просто сэкономит годы времени — это будет совсем другой уровень понимания!

Вот именно эту работу, дорогие мои друзья, и делают мои семинары. На них вам показывают слона целиком. Впервые в жизни.

— В чем «фишка» методики Юрия Дружбинского?

Мы все отлично помним эту жуткую пирамиду Хеопса из девяноста шести времен, склонений, спряжений и залогов, называемую английской грамматикой — да кто ж ее не помнит, некоторым она до сих пор в кошмарах снится... Однажды я, новоиспеченный канадец, к тому моменту уже учившийся в James Lynn Teacher’s college, но все еще недовольный как своим английским, так и официальными методиками, по которым меня учили — пытаясь составить фразу и судорожно вспоминая очередное правило, вдруг очень явственно увидел в английском предложении... переключалку. Алгоритм, состоящий из двух положений! Что-то наподобие электрического выключателя!

Мысль меня просто поразила. Фраза — электрическая цепь. В ней есть определенные контрольные пункты, выключатели, которые вы быстрым натренированным движением переключаете в нужное положение...

Щелк-щелк.

Правила не нужны, таблицы не нужны, ничего не нужно. Нужно понять концепцию, и потом потренироваться десять минут. И все. Речь ль ется сама, причем льется правильно.

Казалось бы, сумасшедшая идея, мало ли кто там себе что рисует в голове. Однако когда я попробовал объяснить странную концепцию нашим родимым эмигрантам из числа самых неподдающихся, тех, у которых звуки английской речи до сих пор вызывали лишь ступор и панику — то на глазах свершалось чудо: люди уже через час говорили с пулеметной скоростью, и, что самое удивительное, говорили без ошибок.

Потом был университет МакГилл, диплом преподавателя, работа в канадской школе, потом преподавание в колледже, свой курс английского в Монреале, а потом открытие школы современного английского языка в израильском городе Ашдоде.

Так что система родилась в самых что ни на есть боевых условиях. Обученных по алгоритмическому методу уже тысячи, в той же Канаде, в США и в Израиле, а в последних пару лет уже и в России.

— Смогу ли я после семинара говорить по-английски? Или хотя бы мало-мальски понимать англоязычные передачи?

Вы, моя дорогая слушательница, как и все находящиеся «по эту сторону бугра», попадаете в классическую психологическую ловушку. Дело в том, что при освоении нашего родного языка мы интуитивно считаем понимание на слух значительно более легкой задачей, чем выражение собственных мыслей. Мол, слушать сказку или колыбельную — много ума не надо, это я и в полгода умел, а ты попробуй заговори!

Поэтому, Юрец, научи меня говорить. Ну, а если уж говорить не получится — тогда в самом крайнем случае научишь понимать на слух, так, чтобы я ихние буржуйские разговоры слушала — это ведь гораздо проще.

Спросите у любого эмигранта — и он вам скажет, как сильно вы заблуждаетесь. Все в точности наоборот. Оказывается, научиться связывать внятные предложения на все случаи жизни — задача довольно легкая. Собственно, ее мы с вами и решим практически полностью на мини-курсе «Английский в современных алгоритмах». Но вот понять иностранца, который говорит с вами «как со взрослым», да еще с пулеметной скоростью, да со всеми его характерными мурлыканьями, бульканьями, проглатываниями букв и прочими заморочками — это на порядок сложнее.

Как же нам все-таки начать понимать акцент Гарварда, если у нас самих пока что акцент ПТУ № 18 — этому и посвящен наш последний, пятый день. Там, как всегда, будет готовая структурированная технология, приходите слушать!

— Нужно ли будет покупать для дальнейшего самообучения книги с методикой Юрия Дружбинского? Или достаточно пройти семинар?

В крупнейшем издательстве России вышли уже три мои книги, и они продолжают и продолжают переиздаваться. Зачитывается ими народ до семинара, после него и даже во время него (но только под столом, чтоб я не видел!). С содержанием нашего с вами курса они совпадают процентов на 10-15. С отзывами можно ознакомиться на любом книготорговом сайте, их там сотни, и все в диапазоне от очень хороших до полностью восторженных. Лично меня больше всего впечатлил следующий крик души (цитирую дословно): «Купили книгу Дружбинского „RealEnglish“, но вынуждены покупать ее еще раз, потому что первую отобрала наша бабушка. Никого к ней не подпускает, с книжкой не расстается целый день, читает запоем. Самое удивительное, что бабке вообще-то английский всегда был пофиг, и она им до этого в жизни не интересовалась».

Друзья, я по всем этим отзывам смутно догадываюсь, что книжечки... того... как бы интересные. Невероятно, но факт: и интересные, и вроде как учебники. Я о них уже столько наслышан, что скоро и сам куплю и засяду читать...

Да, признаюсь вам первым. Заканчиваю четвертую книгу, скоро она выходит в Москве. Книжка будет в совершенно новом жанре... Тс-с-с-с... Пока секрет.

— Есть ли у методики Юрия Дружбинского аналоги или прямые конкуренты?

Аналогов точно нет. А вот конкуренты... Я иногда думаю — пусть бы лучше конкурировали со мной, а не со здравым смыслом. Один строгий господин, познакомившийся с английским языком в городе Саратове, доказывает, что английский — это всего лишь исковерканный вариант русского, и, стало быть, русскому человеку учить его совсем не нужно, он его и так знает. Другой же пропагандирует хитрую мнемоническую систему, согласно которой для запоминания слова WANT («хочу») требуется сперва живенько представить себе засорившийся унитаз, а потом вам захочется его прочистить, а как только вы об этом подумаете — то захотите обзавестись вантузом. А уж коли вы представите себе вантуз, то там и до слова WANT рукой подать... И так — по цепочке к каждому слову. Легко и просто, правда? J

— Будут ли выдаваться сертификаты о прохождении обучения?

Определенно да.

— Будет ли он готовить преподавателей по своей методике? Что надо для того, чтобы стать преподавателем по его методике?

Предложений таких поступает много, и, наверное, за этим будущее. Меня удерживает только мое воспаленное чувство ответственности, осложненное хроническим перфекционизмом. Убежденность в том, что лично я отвечаю за качество обучения людей. Мне все время кажется, что где-то там, в светлом нашем будущем, лет через тридцать пять, у сертифицированного мною препода какой-то въедливый студент однажды вдруг спросит: «А скажи-ка ты мне, мил человек, а что такое перфектный предложно-герундиальный оборот?»

А тот хоть и сможет объяснить, но сделает это как-то уж очень многословно и путано. И я сгорю от стыда, что это я его в далеком 2015-м сертифицировал... L

Так что над сертификацией преподавателей давайте думать вместе.

— Будет ли данный приезд Юрия Дружбинского одноразовым, или он планирует здесь работать периодически?

Когда я заявил у себя в Ашдоде, что еду в Минск — меня, мягко говоря, недопоняли. Самым мягким из вопросов было что-то вроде «Зачем тебе это нужно?» Попытался ответить на этот вопрос серьезно, задумался... и не смог объяснить. Знаете, друзья, моя первая изданная в России книга называлась «Английский для своих». Для своих, понимаете? А минчане для меня, уже более двадцати пяти лет живущего в дальнем зарубежье — свои. Вот вам и весь ответ.
 
Так что приезжать к вам мне хотелось бы почаще. Конечно, у меня учебный центр в Ашдоде, а это живые люди, я им нужен каждый день. Поэтому часто вырываться, к сожалению, не получится.
 
А вот с чем не согласен, так это со словом «работать». Открою вам секрет, дорогие друзья. Мне в жизни очень повезло: я вообще не работаю. Как влюбился без памяти в английский язык лет сорок назад — так до сих пор и нахожусь в любовной эйфории. Для меня занятия английским — бесконечный кайф и радость, но абсолютно не работа.
 
Наталья Зайцева и Юрий Дружбинский для сайта http://pup.by/. Копирование материала разрешено со ссылкой на авторов и сайт http://pup.by/.